“Как правильно прятаться под одеялом”

как правильно прятаться под одеялом

Почти каждый ребёнок в своей жизни сталкивался с ночными кошмарами. Некоторые бежали кросс от кровати до туалета и обратно, а кто-то терпел до утра. Кому-то несказанно везло, что родители оставляли свет в коридоре. Ночные кошмары заставляли нас прятаться, запрыгивать на «островки безопасности», а иногда даже напрашиваться «в гости» в кровать к родителям. В общем, всякое бывало.

Став родителями, мы сами часто сталкиваемся с почти такими же жутиками и кошмариками. Чего только ни делают родители в борьбе со странным поведением ребёнка, которому, как кажется на первый взгляд, всего лишь приснился дурной сон. Вот ребёнок закричал, заплакал… мама бежит к нему, она готова на всё, пытается взять на руки. Но ребёнок отбивается, а потом и вовсе убегает с воплями куда-нибудь к шкафу. Мама в панике, ребёнок кричит в углу, папа пытается успокоить маму, которая готова бежать в ночи в церковь или звонить «03». Кошмар? Иначе и не скажешь!

Это может показаться странным, но я описала совершенно разные состояния. Как их отличить, что с ними делать и как постараться их не допустить, я опишу в этой небольшой книжке.

Кошмары и кошмарики

«И, как это часто бывает со снами, в конце тебя ждет чудовище…»

Настоящий детектив

(True Detective)

Мы прямиком направляемся в царство Морфея, то есть в царство снов. Речь пойдёт, естественно, не о милых детских снах, а исключительно о снах дурных и пугающих. В общем, нам предстоит разобраться, что же такое кошмар, как он себя проявляет, и самое главное — что с ним делать именно сейчас, а не завтра на приёме у психолога.

Итак, в первую очередь, кошмар — это сновидение. Что интересно, просмотр сновидений происходит в так называемой фазе быстрого сна (по-научному — в REM-фазе или, как её ещё называют, БДГ-фазе). В это время активность головного мозга повышается, и, наблюдая за спящим в этот момент, мы можем увидеть, как быстро-быстро начинают двигаться глазки под веками. Собственно, БДГ так и расшифровывается — быстрое движение глаз. В общем, как ни назови, всё это об одном: мозг начинает активно работать, рассматривать и заодно обонять и ощупывать.

Что ещё нам важно знать? Например, то, что такая, казалось бы, мелочь как ночной кошмар присутствует в МКБ-10 (Международной Классификации Болезней) и даже имеет свои диагностические критерии. Что нас, несомненно, радует, так это то, что кошмар — это неорганическое расстройство сна. Порадовались? Не расслабляемся. Раз жутики-кошмарики — это неорганика, то никакое ЭЭГ, МРТ и подобные процедуры, включая сдачу всяческих жидкостей организма на анализ, нам, увы, никак не поможет. Придётся становиться великими диагностами и всё делать на глаз — в смысле, пользоваться такими методами как наблюдение и беседа.

Что же нам будет видно на этот самый не вооружённый ничем глаз? Для начала то, что ребёнок будет помнить свой кошмар достаточно чётко, можно сказать, детально. Беседуя с ребёнком (а иногда и беседовать не надо — ребёнок сам прямо-таки вываливает в слезах то, что он увидел, и как это было страшно), Вы узнаете, что зубы у чудовища были вот такенные, глаза огроменные, когти здоровущие, а сам он был весь зелёно-склизский, и пахло от него горелыми котлетами. Ну или что-то в этом духе. Вариантов много. Может, это был просто милый паучок, просто размерчиком он был со шкаф и имел явно дурные намерения в отношении ребёнка. То есть, повторюсь, воспроизведение увиденного будет живым, детальным и иметь яркий устрашающий характер. Очень распространённый компонент — это угроза для жизни. Ещё одна особенность кошмара — сюжетность. Более того, очень часто в гуще событий оказывается сам сновидец, который получает главную роль. Вообще БДГ-фаза длится от нескольких минут где-то до получаса. За это время человек может умудриться увидеть такую сюжетную линию, что дух захватывает. Сам цикл сна состоит из нескольких сменяющих друг друга фаз, и за, скажем, 8 часов сна, человек может раз 5 побывать в той самой REM-фазе. Путём нехитрых математических вычислений можно примерно прикинуть, что взрослый видит сны примерно каждые полтора часа. У детей примерно до 3 лет достаточно большая часть сна выпадает на быструю фазу.

Мы не будем вдаваться в подробное описание каждой фазы, ведь сейчас нас интересует только фаза быстрого сна, но обязательно выделим остальные диагностические критерии:

• пробуждение может наступить в любое время сна, хотя всё-таки обычно это вторая половина;

• при пробуждении от страшного сна сновидец быстро понимает, что он уже «здесь и сейчас», и никто его уже не хочет съесть. То есть ориентировка во времени и пространстве проходит быстро;

• сами кошмарные сны и расстройства сна, которые они иногда влекут за собой, приводят к выраженному дистрессу (стресс бывает «хорошим» и «плохим». Вот ДИстресс — это «плохой стресс»).

В общем и целом, для определения кошмара нам нужно просто внимательно слушать малышика (или уже не малышика. Больших деток тоже надо слушать. И не деток…).

Кроме всего вышеозначенного, нам важно знать, что страхи, а соответственно, и кошмары, бывают разные. Кто-то кошмарит монстрами, а кто-то ночью видит во снах, как ругаются его родители. Вот например:

«Старший 3 ночи подряд писается. Сначала думала — из-за того, что много воды перед сном пьёт и спит крепко. Вчера не давала пить, и всё равно описался. Проснулась под утро, а он между мной и мужем лежит спит. Сказал, что ночью страшный сон приснился. Сегодня прям до истерики перед сном. Не буду один спать и всё. Орёт, что боится. Говорит, что каждую ночь плохие дядьки и тётьки ему плохо делают, ему страшно».

Кроме биологической предрасположенности к угрозе, которая досталась нам от предков, мы можем выделить целый перечень наиболее распространённых страхов и тревог (и с тем, и с другим Вы можете ознакомиться в конце книги в приложениях). Страхи младенцев, как правило, определяются в основном именно биологической предрасположенностью, а не привычками и способностью к сложной переработке информации. Излюбленный пример пугалки — «Я пошла», и мама делает вид, что уходит с площадки. Простенькая манипуляция, которая работает, потому что маленькие дети биологически предрасположены к страху одиночества и расценивают его как угрозу для жизни (что, в общем-то, логично). Кроме подобных ситуаций, следует отметить, что до того как дети станут более или менее рациональными, они очень легко ведутся на символизм. Различные пугающие изображения, истории, мультфильмы, фильмы — всё это может вызвать страх и, как следствие, кошмарный сон. Всем известная Баба-Яга — как раз такой пример.

В основном младенческие страхи исчезают в дошкольный период, если, конечно, их не поддерживать и тем более не взращивать; и ежели ребёнок плачет и капризничает в магазине, то мы не говорим ребёнку, что отдадим его вот этой тёте, а наоборот, рассказываем тёте, которая спонтанно захотела причинить добро, что своё золотце мы никому не отдадим. Однако кроме страхов, которые в основном исчезают в младенчестве, есть очень стойкие, которые могут преследовать нас всю жизнь, если с ними не работать. На самом деле, очень многие фобии взрослых имеют своё начало в детстве. И тут мы скорее обращаем внимание на чрезвычайно яркие, неприятные переживания. Младенец сидит в коляске и на него с лаем несётся собака. Да, она и не собиралась его кусать, а в общем-то, даже наоборот, но попробуй объяснить это перепуганному малышу, который раза в 3 меньше этой собачки. Страх собак должен был бы пройти сам собой, но… в подобной ситуации он становится стабильным. И кошмарные сны в этом помогают. Данная ситуация будет перерабатываться, обрабатываться, дополняться мозгом и в итоге весьма хорошо закрепится.

Для детей более старшего возраста существует ещё одна опасность. Если копнуть поглубже, то иногда то, что мы испытываем страх, здорово подрывает нашу самооценку. Более того, самооценку, скажем, типичного школьника, с удовольствием подрывает его окружение. Прослыть «трусом» никто не хочет, поэтому к обычным детским страхам начинает прибавляться страх… выражения страха. Ребёнок перестаёт говорить о том, что его тревожит, перестаёт давать телу испытывать нормальную адекватную реакцию, и в итоге родитель рано или поздно оказывается вынужден отвести ребёнка уже не просто на консультацию к психологу, а к психотерапевту для работы с начинающейся или уже вполне себе обосновавшейся психосоматикой — заболеванием тела, которое началось «от головы». Она может здорово мешать нормальному сну, в том числе провоцировать кошмарные сновидения; ярчайший пример — это когда при насморке нос не дышит, а в итоге тебе снится какая-нибудь пакость про то, что ты тонешь или тебя душат.

По мере описания мы подобрались к самому главному вопросу. Что с этим делать то вообще? Как мы, взрослые тёти и дяди с накопленным жизненным опытом и не одним кошмаром за плечами, можем помочь ребёнку? Вот именно сейчас, когда ребёнок с криком и слезами проснулся и начал рассказывать про подкроватного монстра или любую другую, увиденную им во сне страшилку.

Для начала мы берём наше чудо-чадо на руки. И тут, конечно, ориентируемся на размеры и возраст «чада». Всё-таки 10-летний пацан может не оценить маминого рвения… хотя — как знать. Это то самое, что родителю хорошо было бы знать о своём ребёнке. Далее мы внимательно слушаем. Можно задавать вопросы (пусть расскажет всё в деталях), гладить по головке. Рассказывать, что теперь он тут, с мамой и папой, что это был сон и ничего ребёнку не угрожает. Ну в общем, классическая знакомая система действий: пожалеть, подуть, поцеловать. Всё, больше не болит? Ну побежали дальше. Наша задача — помочь ребёнку чётко осознать, где он и с кем он. Опорой может быть что угодно, какие угодно зацепки — ведь часто нам снятся знакомые места, даже своя квартира. Не поленитесь открыть страшный шкаф, заглянуть под кровать, показать, что мишка всё ещё плюшевый, и зубов у него с вечера не прибавилось. Вы можете дать ребёнку стакан воды или даже пойти умыть его. Будьте готовы, что после подобных манипуляций ребёнок может (в общем-то, этого мы по сути и добиваемся) проснуться окончательно. И тут самое главное — это перестать торопиться залечь обратно в постель. Конечно, бедному родителю очень хочется спать, а вовсе не утешать ребёнка, но родитель тоже может умыться и даже устроить посиделки на кухне с ребёнком за каким-нибудь отваром ромашки и… как раз за беседой о кошмаре, чтобы точно уже разобраться с тем, что это был сон.

Чего не надо делать ни в коем случае — обесценивать чужое переживание. Ну правда, не нужно говорить, что всё это ерунда. Это не ерунда, и ребёнку действительно было страшно. Скажите лучше, что понимаете ребёнка. Что Вы на его месте тоже испугались бы. Но! Не нужно на этом зацикливаться. Да, страшно, да, испугались, но вот конкретно сейчас-то уже всё хорошо, и бояться нечего. Конечно, некоторые из вас столкнутся с ситуацией типа «да, это у него тут зубов нет, а там во сне есть. Вот я засну, и он мне опять с зубами приснится, не буду спать». Что же делать тогда в этом случае? Можно прибегнуть к «я буду рядом» и действительно быть рядом, пока ребёнок не уснёт. Можно пойти на хитрость и выдать что-то из разряда «а спорим, что я быстрее тебя усну?». Дети иногда так увлекаются соревновательным моментом, что быстро забывают о только что увиденном клыкастом чуде-юде. Ещё один неплохой вариант — это так называемые «переходные» вещи или действия, которыми ребёнок пользуется, чтобы успокоиться. Скажем, младенцы успокаиваются, когда сосут, когда их обнимает или укачивает мама или в других привычных ситуациях. Детям же постарше обычно дают «переходную» игрушку. Вот слоник, он тебя будет охранять всю ночь. Важно помнить, что игрушка хороша тогда, когда ребёнок готов отпустить маму. Обычно это происходит всё-таки не раньше трёх лет. До трёх лет обычно ребёнок соглашается только на маму.

Теперь рассмотрит то, чего точно делать не стоит. Таких моментов на самом деле не так уж много. Главный из них — не нужно на ребёнка ругаться, кричать, что опять он, негодяй этакий, не спит, всем мешает и т. д. То же относится к «попному» воспитанию и другим воспитательно-карательным мерам. Угроза в данном случае — тоже не лучший метод (хотя мне сложно представить родителя, который на детский вопль «Мне страшно!!!!» будет в ответ вопить «Если ты сейчас же не ляжешь в кровать, то я…»).

Если Вы с маленьким ребёнком не практикуете совместный сон, то нет никакой нужды тащить малыша к себе в постель. Пообнимались, поговорили, уложили спать. Будет проще, если у Вас есть чёткий ритуал засыпания. Скажем, Вы купаете ребёнка, потом носите его на ручках, потом рассказываете сказку, целуете в носик и накрываете одеялком. Берём кусочек ритуала, скажем, начиная со сказки (привет, сказкотерапия!). Быстренько придумываем сказочку на тему «Как-то раз приснился Машеньке страшный сон…», а дальше действуем по отработанному ритуалу. Однако если Вы с ребёнком спите вместе, то стоит позаботиться в первую очередь о своём душевном равновесии. Ребёнок отлично чувствует родителя, и если взрослый мечется, весь в беспокойных мыслях «А как теперь? Да что же это такое? И что теперь делать?», то нужно для начала успокоиться самому родителю. Это крайне важно, потому что даже если родитель не проявляет внешне каких-то признаков беспокойства, дети отлично ощущают, когда у мамы или папы в голове роятся мысли, цепляясь друг за друга, и продумываются планы. Рядом с беспокойным родителем и сон беспокойный. То же самое касается мам, которые никак не могут остановиться, утешая: «Бедненький, маленький. Всё прошло». Ребёнок уже забыл давно и готов заснуть, но мама усердно наглаживает его по головке, успокаивая по сути уже себя, а не ребёнка. К несчастью, успокоиться одновременно с рыдающим перепуганным ребёнком достаточно тяжело, и это понятно всем и каждому. Но! Будучи взрослыми людьми, мы можем использовать массу методов релаксации — например, различные упражнения типа «напрячься и полностью расслабиться», дыхательные техники и многое-многое другое. Кстати, Вы можете даже подышать вместе с ребёнком. Иногда младенцев так очень удобно укладывать спать: подстраиваетесь под дыхание ребёнка, а потом начинаете постепенно замедляться. Дети чутко реагируют на это и синхронизируются, причём делают это очень легко.

Самое замечательное — в том, что ночью ничего не надо мудрить. Не нужно быть психологом или психотерапевтом, чтобы пожалеть ребёнка и немножечко ему помочь. Не нужно знать тысячу-другую методов работы со страхами. Честно-честно, это то, чем потом займётся специалист, если ребёнок сам не переживёт этот инцидент — а детки на самом деле очень прочные. Ломаются с трудом. Другое дело, что если это уже не единичный случай, и ребёнок ушёл в переживание с головой: тогда да, стоит посетить детского психолога, который с удовольствием распишет десяток-другой игрательно-рисовательных мер борьбы со страхами и детально расспросит про сад/школу, друзей, родных, стрессы и далее по списку.

Ахи-страхи

«Твои страхи как тени идут за тобой»

Иван Наумов. Тени. Бестиарий

От классических и всем известных кошмарных сновидений мы благополучно переходим к менее известному расстройству сна, а точнее, ночному страху (или ночному ужасу — тут кому как больше нравится). Поначалу так и хочется приравнять его к кошмару, однако это всё-таки разные вещи. В чём разные? Посмотрим.

Мы уже мельком затрагивали понятие фаз сна и рассматривали фазу, в которой мы видим сны, то есть REM-фазу. Так вот, существенное отличие ночного страха от ночного кошмара заключается в том, что страх у нас возникает в другой фазе, а именно — в фазе глубокого сна (медленноволнового сна). Во время медленноволнового сна наше тело отдыхает. Если человека разбудить на стадии глубокого сна, он проснётся разбитым.

Что касается МКБ-10, то ночные страхи — это тоже неорганическое расстройство сна, но, в отличие от ночного кошмара, ЭЭГ всё-таки регистрирует данное нарушение. Не будем касаться цифр и терминов, регистрируется — и ладно, нам это в момент «приступа» никак не поможет. Так вот, в случае ночного страха мы будем наблюдать странную картину: сначала ребёнок вскрикивает, и мы можем даже иной раз наблюдать резкие телодвижения, как будто малышу снится кошмар. Усиливается потоотделение, сердечный ритм учащается… всё очень и очень похоже на просто плохой сон, но затем начинается настоящий кошмар уже для родителей. Ребёнок резко просыпается (иногда даже встаёт с кровати или вообще начинает с криком убегать), может открыть глаза (причём не сонно открыть, а, как в кино, широко распахнуть), но при этом он явно не здесь и не сейчас, а где-то в своём мире. Он ничего не видит вокруг себя (зачастую зрачки расширены и могут даже не отвечать на световой стимул) и ничего не слышит. С ним невозможно поговорить, хотя мозг полностью функционирует. Ребёнок по сути находится в состоянии шока, а потом, через некоторое время, когда родители уже поседели… он просто успокаивается. Обмякает, всё тело расслабляется, будто ничего и не было. Да, иногда прямо там, у шкафа, куда он убежал, или на руках у мамы, если она смогла его догнать и, несмотря на то, что ребёнок брыкался и отбивался, взяла на руки. Описывают мамы всё это примерно так:

«Уложила малыша, сижу читаю, и тут слышу из спальни резко начавшиеся рыдания! Не хныканье, как обычно, а именно сразу громкий плач! Испугалась, что, может, ударился о кровать во сне, прибегаю — лежит с закрытыми глазами и рыдает просто изо всех сил, никогда так не плакал, не капризно, а отчаянно как-то! Как будто в ужасе, я не знаю, как это объяснить!!! Взяла на ручки, качаю, он не обращает внимания, продолжает страшно рыдать, аж голос пропадает, глаза закрыты… в итоге я уже в ужасе взяла за подмышки, потрясла его, чтобы разбудить, и громко, во весь голос: „Д., это мама, проснись, успокойся!!“. В конце концов вроде успокоился, я села на кровать, держу на руках и читаю книгу, жду, когда заснет. Чувствую, что обмяк уже, руки вдоль тела упали, ну, думаю, слава Богу, уснул. Отрываюсь от книги, смотрю на него — а у него голова откинулась, свисает с моей руки, будто спит, а глаза широко открыты, уставился куда-то в одну точку и не моргает… на какой-то момент мне показалось, что время остановилось, желудок упал в пятки, я подумала, что он не жив. Обмякший, но взгляд стеклянный. Наверное, это было всего пару секунд, но мне казалось, что я час сидела и смотрела ему в открытые глаза. Потом провела пальцем по переносице, глаза сразу же закрылись».

Вот такой ужас. И более того, он не просто под конец всего успокаивается и продолжает спать уже тихо-мирно, но ещё и ничего не помнит наутро. Серьёзно. Одна из характеристик данного нарушения — амнезия. По сути, данная парасомния — это своеобразный комплекс вегетативных и психомоторных нарушений с последующей амнезией.

Несмотря на схожесть проблем, кошмар и страх — это всё же полностью различные парасомнии. Первая — это фильм ужасов. Это такое кино, которое нам показывает кошмар во всём его великолепии. Зубы, когти, как я уже писала. Но вот страх… Страх — это психологический триллер. Человек ничего не видит в плане кровищи и опасности, но настроение, музыка, выключенный свет и… мы прекрасно сами укомплектовываем невинные кустики различными чудищами, маньяками, инопланетянами. Кто чем. Ужастики нам показывают чёткую картину, мы это помним и даже можем в красках потом рассказать; а триллеры «играют» на другом. Так вот, ночной страх — это скорее триллер. То есть та часть триллера, которая построена на ощущении. А ощущение есть, ведь иначе ребёнок бы не кричал, не убегал и не плакал.

Так вот. Мы имеем в арсенале ребёнка, который выглядит испуганным (и его тело реагирует так, как если бы ребёнок был напуган), может проявлять двигательную активность, плакать, кричать, но при этом ничего вокруг себя не видит и не слышит. Почему же он отталкивает маму, которая пытается его утешить, начинает истошнее вопить, отбиваться и так далее? Прикинем. Ребёнку кажется, что в кустиках засело чудище. Он его не видел, но здорово придумал. Далее (внимание!), он не проснулся, но начал убегать от чудища (ну, в реальности уже убегать. Нарушение такое. Спит и драпает к шкафу). Ребёнок спит, мама его пытается догнать. Подскажите мне, что будет чувствовать ребёнок, когда мама начнёт пытаться его взять на руки? Что ему будет чудиться? Думаю, что Вы догадались и точно ответили на данный вопрос — ведь наверняка многие бывали в ситуации, когда нас зовут, а мы через сон это слышим и как-то в своём сне нагло обрабатываем. Но не будем о нас и о снах, вернёмся к ребёнку. Ребёнку в момент хватания будет реально чудиться, что его хватает (к слову, он вполне серьёзно может начать галлюцинировать) … то самое чудище, которое за ним гналось. Почему чудище, а не мама? Потому что он всё ещё спит. Итак, чудище хватает ребёнка и начинает, скажем, жрать то, что успело поймать. Что начинает делать нормальный человек? Конечно, орать и отбиваться. Чем сильнее мама прижимает крикуна, тем больше чудище в сознании ребёнка растёт и нямкает вкусненькие маленькие пяточки, которые оно только что поймало. Соответственно, ребёнок всё больше кричит и всё больше отбивается.

Вы прочитали бесплатные 25% книги. Купите ее, чтобы дочитать до конца!

Купить книгу

В закладки: постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *